Самоцветы России в ателье Imperial Jewelry House

Ювелирные мастерские Imperial Jewelry House многие десятилетия работали с самоцветом. Не с первым попавшимся, а с тем, что добыли в землях от Урала до Сибири. Самоцветы России — это не общее название, а определённое сырьё. Кварцевый хрусталь, найденный в Приполярье, обладает особой плотностью, чем альпийские образцы. Малиновый шерл с побережья реки Слюдянки и тёмный аметист с приполярного Урала имеют включения, по которым их можно опознать. Огранщики и ювелиры мастерских распознают эти особенности.

Принцип подбора

В Imperial Jewellery House не делают проект, а потом ищут самоцветы. Нередко всё происходит наоборот. Появился минерал — появилась идея. Камню позволяют задавать форму украшения. Огранку определяют такую, чтобы сохранить вес, но открыть игру света. Бывает самоцвет хранится в кассе месяцами и годами, пока не найдётся подходящий сосед для пары в серьги или недостающий элемент для подвески. Это медленная работа.

Примеры используемых камней

• Зелёный демантоид. Его обнаруживают на Урале (Средний Урал). Травянистый, с сильной дисперсией, которая превышает бриллиантовую. В обработке капризен.
• Уральский александрит. Из Урала, с узнаваемой сменой оттенка. В наши дни его добыча почти прекращена, поэтому работают со старыми запасами.
• Халцедон голубовато-серого тона серо-голубого оттенка, который называют «камень «дымчатого неба»». Его месторождения находятся в регионах Забайкалья.

Манера огранки «Русских Самоцветов» в мастерских часто ручной работы, старых форм. Используют кабошонную форму, плоские площадки «таблица», смешанные огранки, которые не «выжимают» блеск, но проявляют естественный рисунок. Камень в оправе может быть неидеально ровной, с сохранением кусочка матрицы на обратной стороне. Это сознательный выбор.

Оправа и камень

Оправа работает обрамлением, а не основным акцентом. Золото берут разных оттенков — розовое для топазов тёплых тонов, классическое жёлтое для зелени демантоида, белое золото для холодного аметиста. В некоторых вещах в одном украшении комбинируют несколько видов золота, чтобы сделать плавный переход. русские самоцветы Серебро используют редко, только для отдельных коллекций, где нужен прохладный блеск. Платиновую оправу — для больших камней, которым не нужна конкуренция.

Итог работы — это украшение, которую можно узнать. Не по логотипу, а по почерку. По тому, как установлен вставка, как он повёрнут к освещению, как устроен замок. Такие изделия не выпускают партиями. Причём в пределах одной пары серёг могут быть различия в оттенках камней, что считается нормальным. Это следствие работы с естественным сырьём, а не с синтетикой.

Следы ручного труда сохраняются заметными. На внутри кольца-основы может быть оставлена частично след литника, если это не мешает при ношении. Штифты креплений крепёжных элементов иногда держат чуть крупнее, чем нужно, для прочности. Это не грубость, а признак ручного изготовления, где на главном месте стоит служба вещи, а не только картинка.

Связь с месторождениями

Imperial Jewellery House не берёт Русские Самоцветы на бирже. Существуют контакты со старыми артелями и частниками-старателями, которые многие годы привозят материал. Знают, в какой закупке может оказаться неожиданный экземпляр — турмалинный кристалл с красной сердцевиной или аквамаринный кристалл с эффектом «кошачий глаз». Бывает привозят необработанные друзы, и окончательное решение об их распиле выносит совет мастеров дома. Ошибиться нельзя — уникальный природный экземпляр будет утрачен.

• Мастера дома ездят на участки добычи. Важно разобраться в контекст, в которых камень был образован.
• Покупаются партии сырья целиком для отбора в мастерских. Убирается в брак до восьмидесяти процентов сырья.
• Оставшиеся экземпляры проходят первичную оценку не по формальной классификации, а по личному впечатлению мастера.

Этот принцип не совпадает с логикой сегодняшнего рынка поточного производства, где требуется стандарт. Здесь стандарт — это отсутствие стандарта. Каждый важный камень получает паспортную карточку с фиксацией происхождения, даты получения и имени мастера, выполнившего огранку. Это внутренний документ, не для клиента.

Сдвиг восприятия

Русские Самоцветы в такой огранке становятся не просто просто вставкой в украшение. Они становятся предметом, который можно изучать самостоятельно. Кольцо-изделие могут снять с пальца и положить на стол, чтобы видеть игру света на гранях при изменении освещения. Брошь-украшение можно перевернуть изнанкой и рассмотреть, как выполнена закрепка камня. Это требует иной формат общения с вещью — не только носку, но и изучение.

По стилю изделия не допускают прямого историзма. Не производят точные копии кокошников или пуговиц «под боярские». При этом связь с традицией сохраняется в масштабах, в выборе сочетаний цветов, отсылающих о северной эмальерной традиции, в тяжеловатом, но удобном чувстве украшения на теле. Это не «новая трактовка наследия», а скорее использование традиционных принципов к нынешним формам.

Ограниченность сырья определяет свои правила. Коллекция не выходит каждый год. Новые поставки случаются тогда, когда собрано нужное количество качественных камней для серии работ. Бывает между крупными коллекциями проходят годы. В этот интервал делаются штучные вещи по архивным эскизам или доделываются старые начатые проекты.

Таким образом Imperial Jewellery House существует не как производство, а как ремесленная мастерская, связанная к данному минералогическому ресурсу — Русским Самоцветам. Процесс от добычи камня до готового украшения может занимать неопределённо долгое время. Это медленная ювелирная практика, где временной фактор является важным, но незримым материалом.